Добрый день, дорогие друзья! Завершился Йом Кипур - светлый и радостный день Искупления, после которого должно быть легко и приятно. Но на деле мы тут же окунаемся с головой в подготовку к Суккоту ,занимаемся приобретением четырех видов растений, строительством шалаша. Интенсивность предпраздничных будней, которая не даёт “посмаковать” возвышенность пережитого еще вчера чувства. Перед наступлением праздника Суккот есть еще Шаббат, взывающий к нашему отдохновению и покою. Недельная глава, которую мы читаем сегодня, на первый взгляд никак не созвучна чистоте и умиротворению искупления Йом Кипура. Мы читаем песнь Моше “Аазину” - поэтический текст, который Моше произнес перед Израилем, и который нужно записать и выучить, передавая из поколения в поколение. Песнь, содержащая предсказания о будущем Израиля, которое будет далеко не безоблачным. Каково это, уходить и видеть, и описывать будущее тех, для кого ты был поводырем и примером? Особенно если эта картина будущего выглядит неутешительно? “И тучен стал Йешурун, и стал лягаться — ты потучнел, растолстел, (жиром) покрылся, — и покинул он Б-га, создавшего его, и поругал твердыню спасения своего. 16. И возбуждали в Нем ярость чужими; своими мерзостями гневили Его. 17. Приносили жертвы бесам, бессильному, божествам, которых не знали, Новым, недавно пришедшим, каких не страшились ваши отцы.” (Дварим 32:15-17) Как больно видеть и предсказывать, что те, кто родился у тебя на глазах, кто видел божественные чудеса, заботу, кто вырос в пустыне, питался маном, чья одежда не ветшала, кто не мог сомневаться ни в существовании, ни в могуществе Бога, окажутся жестоковыйными и упрямыми, покроются жиром и отойдут от божественного пути. Эта метафора лишнего веса как потери чувствительности и отхода от своего предназначенного пути мне кажется очень удачной и правдивой. Если не брать случаи медицинских нарушений обмена веществ, человек чаще всего тучнеет с годами в состоянии успеха и стабильности, когда он с неохотой впускает новое в свою жизнь и цепляется за вчерашние достижения. Тело словно старается помочь человеку, стремящемуся придать вес своим словам, решениям, поступкам, и компенсирует недостаток содержания пышной формой. Это не работает в обратную сторону, и не значит, что атлетически сложенные люди имеют гармоничные отношения с Богом и полностью реализуют свое предназначение. Но чеховское “В человеке должно быть всё прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли.” возвращает нас к идее того, что внешние изменения в человеке взаимосвязаны с его духовными переменами. Моше вынужден описывать ужасы, которые постигнут Израильтян в качестве наказания. Он вынужден видеть своим мысленным взором страшные картины: ”Нашлю я на них бедствия, изведу на них все стрелы мои: изнурительный голод и опустошительный мор, поветрие гибельное и зверей клыкастых нашлю я на них, с ядовитыми гадами, ползающими в пыли. Меч будет нести смерть снаружи, а ужас - изнутри и юноше, и девице, и грудному младенцу и седовласому старцу” (Дварим 32:23-25) Неужели Моше заслуживает такого исхода? Есть ли в этом его ошибка и вина, что народ, им воспитанный, так скоро попрет все правила и законы? Тора ничего не говорит о чувствах Моше, не столько потому, что этот текст скуп на эмоциональные описания, но скорее потому, что Моше - самый скромный из людей, и в минуту прощания не думает о своих чувствах, а увещевает народ и показывает, что и после падения есть путь к возвращению. В запущенном состоянии исправления всегда болезненны. Как тяжело лечить запущенную болезнь, так же больно исправлять искривленный нравственный путь. Любой, даже минимальный успех на пути исправления, имеет риск вскружить голову и отбросить виновных еще дальше. Возможно именно поэтому из песни Моше мы видим, что спасет Бог непослушных и наказанных своих детей не потому, что они заслуживают спасения, а из-за других народов, которые смогут трактовать наказание Израиля как личную победу. “Я мог бы обратить их в ничто, стереть в человечестве память о них, если бы не опасался я злобных насмешек недруга, врагов их, которые могут рассудить неверно и сказать: наша рука одолела, а не Господь совершил все это” (Дварим 32:26-27) Вам может показаться, что Бог зависит от мнения других народов? Этот аргумент (“Что скажут окружающие”?) часто звучит между Моше и Всевышним. Кажется, что эта зависимость уменьшает всесильность Бога и его могущество, если Он может попасть в такую простую ловушку - ты вынужден спасать свой народ, чтоб другие не усомнились в твоем могуществе, - то стоит ли служить такому Богу? Но посмотрите на это, как на дидактический прием: Бог спасает Израиль не потому, что тот этого заслуживает, а по какой-то другой причине. Будь то идея о важности мнения или поведения других народов (как и при обещании успеха в завоевании земли Ханаан, Израильтянам сообщают, что успех им будет сопутствовать в войне не за их заслуги, а за грехи тех народов, которые они изгоняют с обетованной земли), или это может быть более поздняя идея божественного милосердия, через которое раскаявшийся человек прощен Богом не потому, что тот достоин спасения, но из любви к нему. И в одном, и в другом случае исцеленный и возвращенный Израиль получает “прививку от высокомерия”, постоянно понимая, что твой успех - это всегда совместные усилия и воля Бога. Вот в таком состоянии смирения и благодарности мы войдем в наши шалаши через несколько дней в праздник Суккот, сделав временное жилище, подвластное стихиям, своим домом. Чтобы увидев успех своей очищенной и искупленной в Йом-Кипур души, не отравиться чувством собственной значимости и высокомерием праведности, а принять, что все, что мы имеем (материальное и духовное) дано нам по воле Бога и не за наши заслуги, но для реализации какой-то более масштабной цели.